Рэй Далио
Новый мировой порядок
Перевод Pragmatos Capital
Оглавление
Введение

Глава 1. Миниатюрная теория - в двух словах о Больших Циклах / The Big Cycles in a Tiny Nutshell

Глава 2. Большой Цикл денег, кредита, долга и экономической активности / The Big Cycle of Money, Credit, Debt, and Economic Activity

Глава 3. Переменная стоимость денег / The Changing Value of Money

Глава 4. Большие циклы Голландской и Британской империй, а также их валют / The Big Cycles of the Dutch and British Empires and Their Currencies

Глава 5. Часть 1. Большие циклы Соединенных Штатов и доллара / The Big Cycles of the United States and the Dollar

Глава 5. Часть 2. Большие циклы Соединенных Штатов и доллара / The Big Cycles of the United States and the Dollar

Глава 6. Долгосрочные циклы развития Китая и его валюты / The Big Cycles of China and Its Currency

Глава 7. Взаимоотношения и конфликты по линии США - Китай / US-China Relations and Wars

Глава 8. Архетипический цикл внутреннего порядка и хаоса / The Archetypical Cycle of Internal Order and Disorder

Глава 9. Погружение в шесть стадий внутреннего цикла с особым фокусом на США в сегодняшних условиях / Delving into the Six Stages of the Internal Cycle with a Particular Focus on the US Now

Введение
Опубликовано 14.09.2020

Полагаю, что времена, ожидающие нас впереди, будут совершенно иными, чем те, что мы переживали до сих пор на протяжении нашего жизненного пути, хотя и схожими со многими этапами в истории.

Я придерживаюсь такого мнения, потому что 18 месяцев назад я провел исследование, касающееся рассветов и закатов империй, их резервных валют, а также их рынков, и побуждением тому стали мои личные наблюдения за серией необычных событий, никогда ранее не происходивших в течение моей жизни, однако, которые мне известны как те, что неоднократно имели место в ходе истории. Наиболее важным представляется то, что мне довелось стать свидетелем совпадения факторов 1) высокого уровня задолженности по кредитам и крайне низких процентных ставок, что ограничивает возможности центральных банков* по стимулированию экономики, 2) значительного разрыва по уровню благосостояния, а также разделения на почве политических разногласий внутри стран, что влечет за собой усиление социальных и политических конфликтов, и при этом 3) восходящая мировая сверхдержава (Китай) бросает вызов перегруженному долгами мировому гегемону (США), и это становится причиной конфликтов уже за пределами границ государств. Ближайший период в истории, когда складывалась аналогичная ситуация, относит нас к 1930-1945 годам. Для меня все это стало поводом для серьезного беспокойства.

В процессе моего изучения истории, я заметил, что подобное стечение обстоятельств является характерным для определенных периодов, происходившим под видом переходных этапов длительностью примерно от 10 до 20 лет, располагавшихся между экономическими и политическими циклами, которые, в свою очередь, занимали долгий отрезок на шкале времени (а именно, 50-100 лет). Такие большие циклы представляли собой сочетание колебаний маятника между 1) периодами счастья и процветания, в течение которых преследовалась и эффективно осуществлялась цель по созданию изобилия, а наделенные властью трудились, будучи во взаимном согласии, чтобы помочь достижению успеха, а также 2) временами отчаяния и депрессии, когда происходили конфликты на почве разделения богатства и власти, которые вносили сумятицу в гармоничный уклад жизни и подрывали производительность труда, а иногда влекли за собой революции/войны. Подобные неблагоприятные периоды были схожи с очищающими бурями, проводившими самоочищение от излишеств и недостатков человечества, таких, как излишне большие долги, и возвращающими теоретические принципы к их логическому основанию (на круги своя), пусть даже не без болезненных последствий. В конечном счете это приводило к необходимости адаптации к новым условиям, что делало этот мир сильнее, хотя, бури, как правило, возносили новых людей к вершинам власти, а также меняли господствующий мировой порядок.

Ответ на данный вопрос может быть найден только с помощью изучения механизмов, лежащих в основе подобных случаев в ходе истории, – период 1930-45 годов, не забывая при этом о факторах рассвета и заката Британской и Германской империй, периодах подъема и упадка китайских династий, совместно с прочими важнейшими вехами истории – и все для того, чтобы открыть дорогу нашему пониманию сегодняшнего порядка вещей и тому, что, по всей вероятности, будет происходить впоследствии. [1] Это и стало целью данного исследования. А дальше случилась пандемия, которая стала еще одним из тех серьезных событий, свидетелем которых я никогда не был, однако, неоднократно происходивших до моего появления на свет, и которые мне необходимо было понять как можно лучше.
Мой подход
Хотя и может показаться эксцентричным тот факт, что инвестиционный менеджер, от которого требуется принимать решения относительно капиталовложений, при том, что это краткосрочные инвестиции, уделяет столь серьезное внимание отдаленной истории, могу сказать одно - из личного опыта я извлек то, что мне необходимо получить именно такой ракурс, чтобы качественно делать свою работу. Самые большие ошибки, имевшие место в процессе моей деятельности, происходили из-за того, что я упускал значительные движения рынка, никогда ранее не происходившие в ходе моего жизненного пути, однако наблюдавшиеся неоднократно до того, как я ступил на этот путь. Такие ошибки научили меня, что необходимо получить понимание тому, как работали рынки и экономика на протяжении всего исторического процесса, в странах, которые безмерно далеки от меня, и все с целью изучения тех самых незыблемых и универсальных механизмов, лежащих в основе всего, а также разработки не устаревающих и неизменных принципов, которые послужат средством адекватного взаимодействия с подобными механизмами.

Первая подобная ситуация, которая привела меня в замешательство, случилась в 1971, когда я, в возрасте 22 лет, служил клерком в торговом зале Нью-Йоркской фондовой биржи, заняв эту вакансию на период летних каникул. В ночь воскресенья 15 августа 1971 года, президент Никсон объявил, что США отказываются выполнять собственные обещания, позволяющие бумажным долларам обращаться, будучи подкрепленными золотом. Это привело к обрушению курса американских денег. Когда я слушал речь Никсона, я осознавал, что правительство США нарушило свое обещание, и что деньги, какими мы знали их, перестали существовать. Это не сулит ничего хорошего, так думал я тогда. И в таком настроении я вошел в торговый зал биржи, ожидая хаоса на фоне обрушения стоимости фондовых бумаг. В тот день сумятица действительно имело места, однако совсем иного рода, чем я ожидал. Вместо падения, рынок ценных бумаг подскочил на 4%. Я был шокирован. И все потому, что я никогда ранее не был свидетелем девальвации национальной валюты. В дни, последующие вышеописанному, я усердно копался в истории и увидел множество подобных случаев обесценивания денежных средств, которые приводили к такому же эффекту на рынках акций и облигаций. Продолжая изучение вопроса, я выяснил почему так происходит, и еще познал нечто ценное, что неоднократно выручало меня в будущем. Достаточно было еще нескольких дополнительных болезненных сюрпризов, чтобы я зарубил себе на носу – мне необходимо иметь представление обо всех больших движениях экономики и рынка, которые имели место в течение последних 100+ лет, причем во всех странах, являющимися важными мировыми игроками.

Другими словами, если в прошлом уже случались большие и важные события (подобные Великой депрессии 1930-х годов), я не мог с уверенностью утверждать, что подобное не произойдет в мое время, поэтому мне приходилось просчитывать действия подобных процессов и готовиться к тому, чтобы достойно справиться с ними. Посредством моего исследования, я увидел, что имело место множество случаев, объединенных схожестью ситуации с вовлечением одинаковых факторов (напр., депрессия). Я также понял, что, анализируя подобные случаи, словно доктор, изучающий множество историй болезни пациентов, страдающих одним и тем же синдромом, я могу обрести более глубокое осмысление механизма, который лежит в основе всего. Алгоритм, которого я придерживался в своей работе, заключается в следующем – изучить такое количество значимых случаев, касающихся одного определенного фактора, сколько мне удастся их найти, и далее сформировать картину объединяющего всех, типичного порядка вещей, который я называю архетипом. Архетип помогает мне рассмотреть причинно-следственные связи, которые и являются той самой движущей силой характерного развития схожих исторических прецедентов. После этого я сравниваю, каким образом проявляются конкретные случаи в истории по отношению к прецеденту, который рассматривается как исконный (архетипический) с целью понять, что является причиной различий между каждым из случаев и собственно архетипом. Организация учебного процесса именно таким образом помогает мне оттачивать мое понимание причинно-следственных связей до такой степени, что я способен создавать правила, определяющие процедуру принятия решений в форме инструкций «если/тогда» - напр., если происходит событие Х, тогда делайте выбор в пользу Y. Далее я наблюдаю, как проявляют себя реальные события в сравнении с данным шаблоном и с тем, что именно мы ожидаем увидеть. Я поступаю именно так, применяя систематический подход, возведенный в абсолют, который используют и мои партнеры в «Bridgewater Associates». [1a] Если динамика событий идет по правильному пути, мы продолжаем делать ставку на то, что в традиционно будет следующим пунктом нашего правила, однако в случаях, когда события начинают отклоняться от своего исконного пути, мы пытаемся понять причину и найти верный курс.

Моя методика не является теоретической, созданной в образовательных целях; это подход, направленный на практическое его применение, и я придерживаюсь его с тем, чтобы качественно делать свою работу. Как вы понимаете, будучи стратегом макроинвестирования, ваш покорный слуга играет в игру, требующую, чтобы я опережал своих конкурентов, имея лучшее представление о том, как именно будет развиваться общеэкономическая ситуация. Годы, когда я ломал голову над рыночными механизмами в попытке придумать принципы, чтобы хорошо справляться с изменчивыми условиями, научили меня, что 1) человеческая способность предвидеть будущее и встретить его во всеоружии зависит от осознания человеком причинно-следственных связей, которые заставляют изменяться природу окружающих нас вещей, а также 2) человеческая способность понять такие причинно-следственные связи берет начало от изучения исторических материалов, посвященных тому, как именно происходили подобные события в прошлом. Насколько практичным оказался подобный подход можно оценить, познакомившись с результатами деятельности фонда «Bridgewater» за последние несколько десятилетий.
Мой подход влияет на то, как я рассматриваю природу вещей
Проведя множество подобных исследования в погоне за получением незыблемых и универсальных принципов, я узнал, что большинство вещей – напр., периоды процветания, депрессии, войн, революций, эпоха рынков с тенденцией к повышению и времена понижающейся фондовой конъюнктуры, и т.д. – происходят снова и снова по ходу времени. Они изменяют свое направление по одинаковым причинам в своей основе, при этом, как правило, события происходят внутри исторических циклов, и зачастую они приходятся на циклы длинною в нашу жизнь или даже превосходящие жизненный путь своих современников. Этот факт помог мне прийти к тому, что я рассматриваю почти все вокруг как «еще одну разновидность уже знакомых обстоятельств», подобно тому, как биолог, обнаружив существо в дикой природе, идентифицировал бы вид (или «разновидность уже известного науке»), к которому принадлежит неизвестный объект. Мой подход также помогает мне в размышлениях о том, как работает определенная составляющая природы вещей в попытке получить не подверженные влиянию времени и универсальные принципы, чтобы воспользоваться ими для эффективных действий в сложившейся ситуации.

Способность видеть происходящее именно таким образом помогла мне осуществить перенос моей точки зрения от позиции, занимаемой человеком, которого захватил водоворот событий, неизбежно надвигающийся на него, к возможности пройти свой путь, возвышаясь над настоящим моментом, чтобы рассмотреть повторяющиеся сценарии в ходе времен. [2] Чем большее количество взаимосвязанных вещей я смогу осмыслить таким способом, тем больше я сумею понять, как именно они влияют друг на друга – напр., как взаимодействуют экономический и политический циклы – и каким образом они сосуществуют в течение более длительных периодов времени. Я также познал, что, уделяя внимание мелочам, я не способен рассмотреть картину в целом, а когда я особенно тщательно изучаю общее положение вещей, я не могу рассмотреть детали. Тем не менее, чтобы получить понимание исторических паттернов и причинно-следственных связей, стоящих за ними, мне необходимо получить ракурс более высокого уровня для осознания масштабной картины и одновременно детализированную панораму событий на нижестоящем горизонте событий, изучая взаимозависимость между наиболее значимыми движущими силами в течение длительных временных периодов. Мне представляется, что большинство вещей развиваются по восходящей (совершенствуются с течением времени), обернутые в циклы, подобно штопору в бутылочном горлышке, который вращается по направлению вверх:

Например, с течением времени наш уровень жизни возрастает, поскольку мы получаем больше знаний, что влечет за собой повышение производительности труда, однако, нам не избежать подъемов и спадов в экономике, так как у нас имеются долговые циклы, которые двигают реальную экономическую деятельность вниз и вверх на ее пути вдоль траектории, ведущей к улучшению.

Я полагаю, что причина, по которой люди в большинстве случаев упускают важные сдвиги в эволюционном процессе, приближающиеся к ним в течение их жизни, состоит в том, что каждый из нас воспринимает лишь крохотные отрезки происходящего вокруг. Мы, подобно муравьям, заняты извечным ремеслом – несем наши крохи в ходе мизерного периода существования вместо того, чтобы получить более масштабную панораму комплексного представления паттернов и циклов, важных взаимосвязанных факторов, управляющих ими, а также нашего места в рамках этих циклов и понимания того, какие события, с большой долей вероятности, ожидают своего выхода на авансцену. Обретя подобную концепцию взгляда на вещи, я пришел к убеждению, что существует лишь ограниченное количество типов личности, идущих вдоль строго определенного количества дорог, которые ведут таких людей навстречу заданному количеству конъюнктур, чтобы оставить после себя строго определенный набор событий в их причинно-хронологической последовательности, неизменно повторяющейся с течением времен.[3]

Единственное, что изменяется – это одежда, которую носят исторические персонажи и технологии, которыми они пользуются.
Данное исследование & Как я пришел к тому, чтобы его провести
Один учебный процесс приводит к другому процессу, который, в свою очередь, привел меня к настоящему исследованию. Более конкретно:

  • Изучение кредитных циклов и циклов денежных знаков на протяжении всего исторического пути помогло мне узнать о наличии долгосрочного долгового цикла (который, как правило, длится около 50-100 лет), что побудило меня приступить к рассмотрению происходящего, пользуясь совершенно иной концепцией, чем та, что послужила бы мне, не обрети я подобный ракурс для оценки событий. Например, до того, как процентная ставка достигла значения 0%, а центральный банк напечатал деньги и выкупил финансовые активы в ответ на финансовый кризис 2009-09 годов, я изучал происходившее в 1930-х годах, что помогло нам успешно лавировать в кризисные времена. Из того же исследования я также понял, каким образом и по какой причине действия центрального банка подтолкнули вверх цены на финансовые активы вместе с экономикой в целом, что расширило разрыв по уровню благосостояния и привело к эре популизма и конфликтов. В настоящее время мы наблюдаем все те же действующие силы на шахматной доске в течение периода, прошедшего с 2009 года.

  • В 2014 году мне потребовалось сделать прогноз в отношении роста экономических показателей в ряде стран, поскольку такие прогнозы представляли интерес для наших инвестиционных решений. Я применил все тот же метод изучения множества прецедентов, чтобы найти двигатели роста и сформулировать всегда актуальные и универсальные показатели динамики роста на протяжении 10-ти летних периодов в целевых странах моего прогнозного исследования. Посредством данного процесса, я развил в себе более глубокое понимание того, почему некоторые страны добивались успеха, тогда как другие терпели фиаско. Я сгруппировал полученные показатели в критерии и формулы, которые мы применяли для выполнения оценочного анализа показателей роста за 10-ти летний период по 20-ти крупнейшим экономикам мира. Кроме очевидной его пользы для нас, я пришел к пониманию, что данное исследование могло бы пригодиться тем, кто отвечает за проведение экономической политики. Поскольку, имея четкое представление всех этих не подверженных времени и универсальных причинно-следственных связей, они могли бы точно знать, что, изменяя фактор Х, они получат эффект У в будущем. Кроме этого, я стал свидетелем, как 10-ть главных экономических показателей ухудшались для США в сравнении с крупными, динамично развивающимися странами, такими, как Китай и Индия. Эта исследовательская работа получила название «Производительность труда и структурные реформы: Причины, по которым страны добиваются успеха и терпят поражение, а также Что следует предпринять, чтобы отстающие страны стали процветающими».

  • Вскоре после избрания Трампа президентом в 2016 году и на фоне того, как нарастание явлений популизма в развивающихся странах становилось все более очевидным, я приступил к изучению собственно феномена популизма. Так для меня открылся процесс, в течение которого пропасть в имущественном состоянии и ценностных ориентирах становилась причиной социальных и политических конфликтов в 1930-х годах, которые сходны с теми, что имеют место сегодня. Мне также представилось ясным, как именно и по какой причине популисты левого толка и популисты с правыми убеждениями все больше склонялись в сторону националистических, милитаристских, протекционистских и конфронтационных взглядов – и к чему приводило подобное сближение идеологий. Я наблюдал, насколько жестким может обернуться конфликт между последователями правых и левых взглядов в экономике/политике, а также увидел существенное влияние, которое оказывает такой конфликт на общеэкономическую ситуацию, рынки, благосостояние и могущество страны, что предоставило мне лучшее понимание событий минувших лет и тех, что развиваются на наших глазах.

  • Из опыта, полученного в результате проведенных исследований, а также из личных наблюдений за бесчисленным количеством вещей, происходящих вокруг меня, я увидел, что Америка подвергается действию очень большого разрыва по линии материального положения населения, при этом ситуация представляется не вполне ясной, так как рассматривались только усредненные экономические показатели. Итак, я разделил экономику на статистические квинтили – а именно, анализ имущественного положения 20-ти % получателей доходов высшего звена, дальше следующие 20% по уровню доходов, и так дальше по нисходящей, к 20-ти процентам домохозяйств на самой низкой планке по экономическому состоянию – а затем я провел анализ условий жизни данных слоев населения в индивидуальном порядке. Результат вылился в два научных труда. В манускрипте «Наша важнейшая экономическая, социальная и политическая проблема: Две экономики – Экономика для 40-ка % верхов и экономика для 60-ти % низов», я отследил непреодолимые различия в условиях существования между классом «имущих» и «неимущих», что помогло мне осознать более существенную поляризацию общества и понять феномен популизма, обретающего реальные черты на моих глазах. Подобные наблюдения, а также непосредственное прикосновение к той самой пропасти по благосостоянию и возможностям, которое и моя жена получили в силу нашей благотворительной деятельности в общественной среде штата Коннектикут и в местных школах, побудили меня к проведению научного анализа ситуации, что отразилось в моем труде «По какой причине и как именно следует реформировать капитализм».

  • В то же время, в ходе долгих лет моих деловых отношений на межнациональном уровне и моего изучения опыта других стран, я увидел, как происходят тектонические мировые сдвиги в экономике и геополитике, и в особенности это заметно в Китае. Я часто посещал Китай за последние 35 лет, и мне выпало счастье близко познакомится с его политическими деятелями высшего ранга. Данный факт помог мне в непосредственной близи увидеть то, насколько значительными являются успехи Китая и насколько блестящими представляются возможности вместе с историческими аспектами, которые лежат в основе достижений. Такого рода потенциал и концепции прошлого привели Китай к его становлению в качестве конкурирующей силы для США в сфере производства, торговли, технологий, геополитики, а также к его заявке на лидерство на мировых рынках капитала.
Впрочем, вы можете совершенно бесплатно получить доступ к прочтению вышеупомянутых исследований по адресу www.economicprinciples.org.

Итак, причиной, заложенной в основу появления материала, который вы сейчас читаете, является необходимость понимания мною важных вещей, происходящих прямо сейчас, никогда ранее не случавшихся на моем жизненном пути, однако, неоднократно напоминавших о себе в ходе истории, еще до моего появления на свет. Подобный порядок вещей является результатом действия трех важнейших движущих сил, а также вопросов, незамедлительного рассмотрения которых требуют от нас эти силы.

Полный текст книги в личном кабинете.
Полный текст статьи и другие эксклюзивные материалы доступны бесплатно после регистрации на сайте

Это займет 1 минуту